К содержанию                                                                                                                            На главную

Мэг и Серон IV:
«Дело о серийном убийстве в деревне Эрко»
Глава 5 – Убийство

      Целое утро практики, вкусный обед и ветреный полдень. Все составляющие хорошего послеобеденного сна сошлись воедино. Серон и четверо других членов клуба разошлись по своим комнатам и проспали до пяти вечера.
      – Народ, просыпайтесь! Без десяти пять! Общий подъём!.. У меня нет сигнального горна, поэтому буду кричать, пока вы не встанете! Подъём! Подъём! Подъём! Подъём! Подъём! Подъём! Подъём!
      Голос Ларри эхом разносился по саду, пробуждая всех ото сна.
      Протирая глаза, Серон вышел на балкон. Он увидел одетого в футболку и шорты Ларри, намывающего из ведра мотоцикл.
      – Привет, Серон! Как поспал?
      – Неплохо… Всё ещё возишься с мотоциклом? Ты его до дыр протрёшь, если будешь много полировать.
      – Да ну. Пока вы все спали, я на нём успел покататься. Вернулся только совсем недавно. Как же он здорово и плавно едет без лишнего веса позади.
      – Уж прости, что я такая тяжёлая, – с сарказмом произнесла Наталья над головой у Серона.
     
      Приготовления к шашлыку начались ровно по расписанию, и клуб журналистики в этом активно помогал.
      Все переоделись в спортивную форму, потому что в процессе одежда могла запачкаться и пропахнуть дымом. Наталья, кроме того, собрала волосы в обычный пучок.
      Господин и госпожа Руф принесли мясо и овощи, так что всё, что оставалось клубу, это нарезать продукты и начать их жарить.
      – Девчонки, мы тоже участвуем.
      – Да, за работу.
      – Почему бы и не помочь.
      Наталья, Мэг и Дженни – или другими словами женская половина клуба – за расположенным посреди огромной кухни столом принялись намывать, нарезать и насаживать на шампуры ингредиенты. Помимо этого они натирали яблоки для приготовления маринада.
      И всё бы хорошо, но…
      – Эм-м… и как мне их резать? – задумалась Дженни.
      – Не заморачивайся. Делай, как получится. Если кто будет жаловаться, тот останется без шашлыка, – произнесла Наталья.
      – Эт-то… Вроде надо левую руку сжать в кулак, в виде кошачьей лапы… – посоветовала Мэг.
      Как выяснилось, все три девочки оказались не особо умелыми в готовке. Госпоже Руф пришлось объяснять им каждый процесс, поправляя ошибки и переживая из-за каждой их неудачи.
      Тем временем…
      – Серон, можешь взяться за другую сторону?
      – Хорошо, Ларри.
      – Тогда, я принесу древесный уголь.
      Ларри, Серон и Ник – или другими словами мужская половина клуба – перемещали мангал на каменную террасу в саду.
      Мангал был большим, крепким и тяжёлым – с металлическими ножками, сеткой и коробом. Мальчики установили его на открытом пространстве сада и затем расставили рядом с ним угольный ящик, стулья и стол.
      Ларри засыпал древесный уголь в цилиндрическую топку мангала, затем скомкал несколько газетных страниц, запихал их в поддон и поджёг. Через отверстия в поддоне огонь и тепло начали передаваться углю и вскоре тот загорелся. Осталось только переместить уголь в жаровню и добавить сверху нового угля.
      Оставив Ника следить за огнём, Серон с Ларри направились в кухню.
      Приготовления на кухне шли полным ходом, но, судя по всему, госпожа Руф была единственной, кто точно знал, что именно она делает.
      – Вот поэтому мне и не нравится лук, – шмыгнула носом Дженни, обдирая луковицу. – Хотя есть его я люблю.
      – Давай, помогу, – сказал Серон. Он вымыл руки и надел поверх спортивного костюма фартук.
      – Тебе идёт, – засмеялась Наталья, насаживая на шампур мясо.
      – Очень идёт, – подбодрила мальчика Мэг, протыкая шампуром овощи.
      – …
      Очарованный облачённой в фартук фигурой Мэг, Серон едва распознал две чашки: одну с сырыми овощами, а вторую с водой со льдом.
      – Для салата лук надо нарезать соломкой и опустить потом в воду?
      – Да. У тебя получится? Нужно ещё три штуки, – ответила госпожа Руф.
      Серон взял очищенную луковицу. Сначала он отрезал от неё верхушку и корень, затем разрезал вертикально на две половинки. После этого он разместил одну половину плоской стороной на разделочную доску, сжал левую руку в кулак на манер кошачьей лапы и придавил луковицу сверху…
      Тук-тук-тук-тук-тук-тук…
      Ритмически, словно машина, со скоростью почти достаточной, чтобы оставался послеобраз ножа, Серон начал нарезать лук на полоски одинакового размера. Дойдя до половины, он развернул луковицу вокруг и принялся за другой её конец.
      Одна луковица, две, и, наконец, три…
      – … – … – …
      Совершенно не замечая изумлённых взглядов бросивших работу девочек клуба журналистики, Серон пересыпал нарезанный соломкой лук в чашу с холодной водой.
      – Я закончил. Ещё надо с чем-нибудь помочь?
      В тот миг, как он положил нож на стол…
      – Да что ты за человек?! – Серон, это потрясающе! – Женись на мне немедленно!
      Так одновременно прозвучало три женских голоса, что делало невозможным разобрать, кто именно из них что говорит.
      – Давайте по очереди, а то ничего не понятно!.. И, кстати, к вашему сведению, Серон очень хорошо готовит, – сказал Ларри.
      Серон же от похвалы Мэг просто застыл на месте.

* * *

      И вот, наступило время ужина.
      Солнце всё ещё висело над линией горизонта, подкрашивая небо в лёгкие оттенки багряного цвета.
      Под этим солнцем все собрались вокруг садового стола.
      Когда Ларри поверх школьной формы надел фартук, Наталья вмиг отреагировала:
      – Выглядишь отстой!
      – Серону ты сказала совсем другое!
      – Не сравнивай себя с ним.
      – Чёрт побери, Ната… тебе достанутся только подгоревшие куски...
      Ларри опытной рукой стал жарить шампуры с говядиной. Он вертел их до тех пор, пока они хорошенько внутри не прожарились, после чего посыпал мясо сверху солью с перцем.
      – Хорошо получилось, – похвалил Серон.
      – Восхитительное получилось мясо. Я удивлён.
      – Очень вкусно, да.
      Так согласились с ним Ник и Мэг.
      – …
      Когда Дженни сделала первый укус, её лицо исказила гримаса. Заметив это, поглощающая один шампур за другим Наталья спросила:
      – Что-то не так, шеф? Тебе не нравится?
      – Нет… наоборот. Я поверить не могу… что белобрысый смог так хорошо приготовить и посолить!
      – Вот и скажи ему.
      – Блин!.. Эй, Ларри! Дай мне ещё один!
      – Хорошо!.. Кстати, народ, вы и овощи тоже берите! Не забывайте про овощи!
      Тем временем взрослые в лице господина Руфа, Каца и Литнер…
      – Не желаете чего-нибудь выпить? У нас в погребе есть превосходное вино.
      – Спасибо, но мы при исполнении служебных обязанностей. – Только не на работе, спасибо.
      – Ну, тогда ничего не поделаешь.
      И вместо вина все трое налили себе кофе.
     
      Ужин подошёл к завершению и все принялись за десерт – приготовленное госпожой Руф домашнее ванильное мороженое – когда Наталья задала неожиданный вопрос:
      – Госпожа Руф, раньше же у Дженни были длинные волосы?
      – Эй, это всё в прошлом! – воскликнула Дженни, но Наталья продолжила:
      – У вас есть её старая фотография? Мне интересно, потому что в будущем я хочу стать парикмахером.
      – Не ври! Я впервые об этом слышу!
      – Шеф, да ладно тебе. Ну так что, госпожа Руф, у вас есть?
      – Конечно. Одну минуточку, – ответила госпожа Руф, поднимаясь на ноги и направляясь в дом.
      – Не надо!.. Тётушка, нет! Не нужно им ничего показывать!
      – Но ведь ты была самой очаровательной из всех маленьких девочек. Эта фотография – моё сокровище. И нет ничего постыдного в том, чтобы показать её друзьям.
      Быстрым шагом госпожа Руф скрылась внутри дома.
      – Блин… – Дженни недовольно надула губы.
      – Я прямо-таки в нетерпении.
      – Согласен. Можно будет использовать её в качестве образца для укладки собственных волос.
      Вскоре к сгорающим от любопытства Мэг и Нику, а также несколько равнодушным Серону с Ларри, вернулась госпожа Руф. В руках она несла деревянную фоторамку.
      Когда она поставила рамку на стол, то клуб журналистики – за исключением Дженни – тут же сгрудился вокруг.
      В рамке находилась сделанная перед воротами дачи цветная фотография, отображающая троих людей. По бокам стояли двое взрослых – господин и госпожа Руф – выглядящие точно так же, как и сейчас. Судя по их толстым свитерам, становилось очевидно, что фотография явно не летняя.
      А между ними ютилась хрупкая девочка…
      – Стоп… шеф, это кто… ты, что ли? – от удивления задохнулась Наталья, поглядывая то на фотографию, то на жадно поглощающую мороженое Дженни.
      – Да, – подтвердила госпожа Руф. – Фотография сделана три года назад, когда госпоже Дженни было двенадцать лет. Это единственная фотография, что осталась с тех времён, и я ни на что на свете её не променяю.
      – … – Наталья снова уставилась на фотографию. – Не может быть… какая она прелестная.
      Посередине кадра стояла маленькая богатая девочка. Её хрупкая фигурка была облачена в сшитое из плотной шерстяной ткани пальто, поверх которого струились длинные до пояса украшенные бантиками рыжие волосы. Лицо девочки озаряла беззаботная улыбка.
      – Т-ты такая миленькая! Словно куколка!
      – Вот это да… Никогда в жизни так не удивлялся…
      Так прокомментировали фотографию Мэг с Ником.
      – Угу. Это точно, – высказал своё впечатление Серон. На некоторое время все замолчали.

msv4c51

      Дженни, проглотив полную ложку мороженого, повернулась к не произнёсшему до сих пор ни слова Ларри:
      – А ты? Говори, если тебе есть что сказать.
      Голубые глаза Ларри скакали то туда, то обратно с Дженни трёхлетней давности на Дженни нынешнюю.
      – Дженни…
      – Да?
      – …эта фотография…
      – Я слушаю.
      – Это и есть самая настоящая новостная фотография! – рассмеялся Ларри. Дженни стрельнула в его сторону испепеляющим взглядом и громко воскликнула:
      – Если я когда-нибудь стану президентом Рокше, то предам тебя смертной казни!

* * *

      Все покончили со своим мороженым и поданным сразу же после него горячим чаем.
      Небо по-прежнему пылало цветами заката, хотя на часах уже было почти двадцать часов.
      Клуб журналистики и семейная пара Руф начали потихоньку прибираться, убирая со стола недоеденную пищу и собирая использованную посуду в корзину.
      – Шеф, может, пропустим вечернюю лекцию? Меня что-то в сон клонит, – предложила Наталья.
      – Ну-у, ладно… – согласилась Дженни. – После того как покончим с уборкой, можете быть свободны. Продолжим завтра утром…
      – Тихо! – прерывая её, резко прозвучал голос Каца.
      Клуб журналистики и семейная пара Руф удивлённо на него посмотрели. Кац стоял ко всем спиной и пристально вглядывался в сторону ворот.
      В тишине пролетело несколько секунд, после чего к нему подошла Литнер:
      – Что случилось?
      – Снаружи донёсся подозрительный голос. Мне кажется, я услышал что-то похожее на стон… Останься здесь.
      – Так точно.
      Кац в одиночку пересёк сад и направился к воротам.
      – Что происходит? – спросила Дженни. Литнер повторила ей слова Каца и затем повернулась в сторону Руфов:
      – Вы сегодня ждёте гостей?
      – Нет… Но я думаю это какой-нибудь местный алкаш или же сбежавшее животное. Ничего особенного, в деревне такое иногда случается, – дал ей успокаивающий ответ господин Руф.
      Но тут со стороны ворот раздался голос Каца…
      – Скорую! Немедленно вызовите скорую помощь и полицию!
     
      Ларри и Литнер отреагировали первыми.
      – Серон, за мной! – воскликнул Ларри. – Ник, останься с остальными!
      – Госпожа Дженни, пройдите в дом! – сказала Литнер.
      Их голоса прозвучали одновременно.
      Складывающий до этого момента тарелки в стопку Серон бросился за Ларри. Литнер мягко подтолкнула девочек в сторону дома.
      Будучи хорошим бегуном, Ларри добрался до ворот первым:
      – Господин Кац! Что там случилось?
      Несколько секунд спустя подоспел и Серон.
      Кац сидел на корточках снаружи за слегка приоткрытыми воротами, прямо на границе между дорогой и дачным участком.
      – Вот это, – кратко бросил он, глядя на Ларри с Сероном.
     
      Прямо перед Кацем, на границе между грунтовой обочиной и асфальтовой дорогой лежал человек.
      – Ох! – Ах!
      Так, увидев человека, одновременно воскликнули Ларри и Серон.
      Лежащий оказался молодым парнем в районе двадцати лет. Он был одет схожим образом, как и другие местные – в джинсы и клетчатую рубаху.
      А ещё…
      Всё его тело было залито кровью.
     
      Кац поднялся на ноги и, сохраняя спокойное выражение на лице, внимательным взглядом оглядел окрестности. Одновременно с этим он расстегнул пиджак, чтобы легко можно было добраться до ремня, на котором у него в кобуре висел пистолет.
      Убедившись, что никого поблизости нет, он закончил сканировать окружение. Затем он снова перевёл взгляд на окровавленного парня.
      – Ч-что случилось? Господин Кац, что здесь происходит? – ещё раз спросил Ларри.
      – Не знаю. Когда я подошёл, он уже здесь лежал. Больше я никого не заметил.
      – Он дышит? – поинтересовался Серон.
      Кац повторно присел на корточки с правой стороны от истекающего кровью человека. Сперва он прижал указательный палец правой руки к шее лежащего с закрытыми глазами парня, а затем поднёс руку к его рту.
      – Пока да, но… – произнёс он серьёзным тоном и замолчал.
      Парень дышал так неглубоко, что с первого взгляда трудно было определить, живой ли он.
      Его рубашка и джинсы были ярко красными, но на посиневших от недостатка крови лице и голове никаких ран не наблюдалось. Кровь лужей растекалась и по асфальту, распространяя в воздухе неприятный запах железа.
      – Эй! Эй! Ты меня слышишь? – громко прокричал Кац парню в ухо. Тот слегка зашевелился, хотя и выглядел как труп. Его губы пришли в движение:
      – …Н-ножом… больно…
      – Кто это сделал? Кто?
      – Не з-знаю… из-за… спины…
      Парню еле хватало сил продолжать.
      – Врача уже вызвали! Так что держись! – произнёс Кац и посмотрел на Ларри с Сероном.
      – …
      Затем, не говоря ни слова, он отрицательно покачал головой. Ларри и Серону тут же стало ясно, что парня уже не спасти.
      Внезапно Серон подал голос:
      – Ты откуда?! Из какой группы? Волки? Шакалы? Охотники? Правительство?
      Кац бросил на него удивлённый взгляд, но вот Ларри понял, к чему клонит Серон.
      – В-волки… н-не хочу… умирать…
      Это были его последние слова.
      Как только он затих, Кац расстегнул рубашку парня.
      – …
      По всему его телу виднелись многочисленные ножевые ранения, кровь из которых уже почти перестала течь.
      Кац тяжело вздохнул. Не приступая к сердечно-лёгочной реанимации, он просто проверил пульс парня и поднял одно из век, чтобы проверить зрачки.
      – Умер, – сказал он наконец.
     
      – Блин… Мне доводилось раньше об этом слышать, но видеть вживую как кто-то у тебя на глазах умирает, это действительно ужасно, – натянуто произнёс Ларри.
      – Я надеялся, что никогда не увижу чью-либо смерть. Жаль, что мы не смогли его спасти, – честно высказался Серон и прикрыл глаза.
      – Да. Было уже слишком поздно. Мёртвые не могут воскреснуть, – сказал Ларри, соблюдя краткую минуту молчания. Затем он поднял взгляд. – Серон, посмотри на дорогу.
      – Что?.. А-а…
      По тротуару пролегал кровавый след. Он начинался у ворот и уходил на восток, исчезая где-то вдали.
      – Странно… Почему убийца не прикончил его на месте, если у него было время на нанесение стольких ран? – изумился Серон.
      – Прошу вас вернуться в дом. И заприте за собой ворота. Можете передать Литнер и господину Руф о том, что здесь произошло? Врач нам уже не понадобится. Пусть они незамедлительно вызовут полицию, – обернулся к ним Кац.
      – Хорошо. Оставляем здесь всё на вас, – незамедлительно ответил Ларри, уводя Серона назад через ворота. После того, как они тщательно заперли за собой створку ворот, мальчики бегом ринулись к дому.
      – Плохо дело. Что скажем остальным? – во время бега спросил Ларри.
      – Всё. Но показывать место им не стоит, – ответил Серон.
      – Всё, кроме этого.
      Когда они вернулись в помещение, Серон с Ларри обнаружили всех в прихожей. Наталья и Мэг сидели на небольшом диванчике.
      – Что там произошло? Объяснитесь! – властно потребовала Дженни, но Серон, проигнорировав её, сперва подошёл к Литнер и господину Руф, и тихо рассказал им ситуацию. Господин Руф снова ринулся к телефону.
      Только после этого Серон повернулся к остальным членам клуба журналистики.
      – Снаружи у ворот кто-то умер.
      – Что? – Как? – Почему? – Ха-а?
      Серон продолжил объяснение четырём удивлённым школьникам:
      – Пострадавший, вероятно, кто-то из местных подростков. Я думаю, его где-то в другом месте несколько раз ударили ножом, после чего ему удалось добраться досюда. Перед смертью он сказал, что принадлежал к Волкам.
      Как только Серон упомянул преступную группировку, Дженни тут же всё поняла:
      – А-а… Так вот оно что. Значит, опять?
      – Т-т-ты это о чём? – спросила дрожащая Мэг. Ей ответил Серон:
      – Это значит, что Ларри снова оказался прав. И это очередной эпизод из серийного убийства.

* * *

      Когда солнце село, небо в последний раз ярко озарилось оранжевым цветом и, в конце концов, быстро потускнело. Полиция же прибыла только тогда, когда на землю опустилась тьма.
      Приехали три патрульных машины с включёнными сиренами и проблесковыми мачками, и одна карета скорой помощи.
      Увидев, как маячки остановились напротив дачи:
      – Пойдём, посмотрим?
      – Ага.
      Ларри с Сероном направились к месту происшествия.
      – Я тоже иду. Возьму у них интервью, – произнесла Дженни, но…
      – Останься здесь. – Будь здесь. – Госпожа Дженни, пожалуйста, останьтесь тут.
      Ларри, Серон и Литнер оказались категорически против её присутствия.
      Наталья с Мэг по-прежнему сидели друг с другом рядом на диванчике. Внезапно Наталья заговорила:
      – Шеф, ты же хочешь сфотографировать труп? Не думала, что у тебя такие увлечения.
      – Это же ради статьи! В деревне Эрко никогда раньше не происходило убийств!
      – Разве это не перейдёт все границы, если ты подобное разместишь на стенах школы? Забудь об этом. К тому же, господа Кац и Литнер ни за что тебе этого не позволят.
      – …Ну хорошо. Ладно.
      Чувствуя на своей спине пристальный взгляд Литнер, Дженни замахала руками и сдалась.
      Ларри с Сероном вышли из дома и направились к воротам.
      Кац всё ещё находился у ворот. Вокруг тела располагалась полиция – шестеро офицеров в полицейской форме и один тучный человек среднего возраста в коричневом костюме.
      Те, кто в форме, с помощью мощных фонариков в руках осматривали место происшествия. Один из них кроме того постоянно передавал кому-то по рации информацию.
      – Э?
      Разговаривающий с Кацем человек среднего возраста заметил присутствие Ларри и Серона.
      – Они тоже слышали последние слова парня, – объяснил ему Кац. Ларри с Сероном подошли к мужчине и Кац представил их друг другу. – Это следователь Хадли из полицейского участка деревни Эрко... Господин следователь, это господа Хепбёрн и Максвелл. Они одноклассники моего работодателя.
      Хадли, Серон и Ларри обменялись приветствиями.
      Хадли обладал короткой и толстой фигурой, имел круглое лицо и лысеющую шевелюру. Он вёл себя добродушным образом и постоянно с извиняющимся тоном кивал головой.
      – Молодые люди, мне очень жаль, что приехав сюда на каникулы, вы оказались свидетелями подобной неприятности. Просто камень с плеч, что вы не пострадали. Действительно, такое облегчение. Прошу вас, не думайте из-за этого о нашей деревне плохо, – Хадли внезапно ударился в извинения. Ларри аж поморщился от такого подобострастного отношения.
      – Господин следователь, есть вещи и поважнее. У нас есть, что вам сообщить, – заговорил Серон.
      – Надо же. Что бы это могло быть?
      – Незадолго перед смертью он сказал, что принадлежит к Волкам.
      – В принципе, ничего удивительного. Значит, преступная банда? Как только я увидел тело, то тут же об этом подумал. Любая информация, которую вы нам донесёте, обернётся для нас большой помощью, – сказал Хадли, бросая взгляд на тело.
      Ларри тоже посмотрел на труп. Работающий возле него молодой полицейский размещал на теле листки пронумерованной бумаги, после чего делал фотографии. Каждый раз, когда срабатывала вспышка, в голубых глазах Ларри немного сужались зрачки.
      – Господин следователь, вы знаете про ДТП прошлым вечером? – продолжил Серон.
      – Хм-м? Конечно знаю. Подобные аварии у нас нечасто случаются.
      – Я слышал, что обе жертвы состояли в Охотниках.
      – Надо же. А вы, молодой человек, достаточно осведомлены. Да, так и есть.
      – Таким образом, за два дня появилось три жертвы среди преступников. Разве подобное может быть совпадением?
      – Что?.. На что это вы намекаете? – удивлённо склонил голову на бок Хадли. Серон перешёл прямо к делу:
      – Вы не находите, что существует вероятность того, что вчерашняя авария на самом деле тоже может оказаться убийством?
      – …
      Хадли молчал. Снова несколько раз сверкнула фотовспышка, озаряя светом его озадаченное лицо.
      Наконец, следователь правой рукой почесал затылок.
      – Да-а-а… Любопытно… Значит, я полагаю, это вполне может статься актом серийного убийства. Серьёзное дело. Вот же неприятность.
      По его неуверенному ответу ясно было видно, что он находится в сомнениях.
      – Я не совсем уверен, как именно, но жертвы прошлого вечера были убиты. Вероятно, члены Охотников пришли к тому же заключению и совершили нападение в качестве расплаты… Вы так не думаете? – предположил Серон.
      – Хм-м… Такая версия имеет право на существование… Вот только как бы нам поступить… – нерешительно ответил Хадли. – Полагаю, мы можем принять её во внимание. Спасибо вам за ваше содействие, и я снова приношу свои извинения за жуткое неудобство. Прошу вас передать мои извинения и тем, кто остался в доме.
      Хадли опять извинился.
      – Непременно, – ответил Серон. – Надеюсь, вы в скором времени найдёте виновного.
      – Мы сделаем всё от нас возможное, чтобы его настигло правосудие. Хотя бы ради этого мальчика.
      Серон кивнул и повернулся к Ларри, делая тому жест рукой уходить. Но сделав один шаг к дому, он тут же остановился и развернулся обратно. Серон как ни в чём не бывало задал вопрос Хадли:
      – Господин следователь, это вы занимаетесь расследованием? Если что-нибудь случится, можно обращаться к вам напрямую?
      – Да. Именно я возглавил расследование этого убийства, так что если что-то произойдёт, можете со мной связаться, – утвердительно кивнул Хадли.
     
      – Ларри, пошли.
      – Ага.
      Серон с Ларри в очередной раз прошли сквозь ворота и вернулись в дом, где их ожидали Литнер с оставшимися четырьмя членами клуба. Дженни незамедлительно потребовала объяснений:
      – Говорите.
      Серон слово в слово пересказал ей весь разговор со следователем.
      – Вот оно что. Теперь мне всё понятно, – произнесла Дженни.
      – Разве представляющий деревню следователь должен быть таким подлизой? – встревоженным тоном спросила Наталья.
      – Никто не будет рад тому, что в деревне, где у него находится дача, происходят убийства. Особенно, если ты богатый и всемогущий, – ответил ей Ник.
      – В этом нет ничего хорошего, – произнесла Мэг. – Я понимаю, что он чувствует.
      – Ну, да, – согласилась Дженни.
      – Вот интересно, станет ли следователь хоть что-то предпринимать? – склонив голову на бок, поинтересовался Ларри. Но Серон тут же затряс головой:
      – Он хоть и выглядит беспомощным, но господин Хадли на удивление умён.
      – Хо-о… И почему ты так считаешь? – спросил Ларри. Взгляд всех присутствующих обратился к Серону.
      – В конце он сказал, что именно он возглавил расследование этого убийства, помнишь?
      – Точно.
      – А это значит, что он из отдела по расследованию убийств.
      – Вполне логично.
      На этом месте Дженни с Литнер поняли, к чему он ведёт:
      – Вот оно что… – Всё ясно...
      Такие слова они одновременно пробубнили себе под нос.
      Серон продолжил:
      – В полицейском участке глухой деревни, в которой никогда раньше не происходило убийств, не может быть отдела по расследованию убийств.
      – Ты прав…
      – Но следователь Хадли примчался сюда сразу же, как только мы сообщили о произошедшем. А это значит только одно…
      – А-а, я понял! Наверное, его вызвали ещё прошлой ночью из ближайшего участка, в котором есть такой отдел! Он всё это время врал нам не моргнув глазом! – воскликнул Ларри одновременно сердито и радостно.
      Наталья с остальными тоже, наконец, кивнули понимающе.
      – Значит, они точно проведут расследование, – произнесла Мэг. Серон с ней согласился:
      – Совершенно верно. Получается, что полиция вчерашнее ДТП в качестве банальной аварии не рассматривает.
      – Тогда как насчёт того инспектора, с которым я сегодня разговаривал? – полюбопытствовал Ларри.
      – Он либо обманывал, либо высказывал своё личное мнение. Как бы то ни было, теперь мы знаем, что полиция постарается раскрыть вчерашнее дело. Они для публики официально проталкивают версию аварии, чтобы наделать меньше шума и тем самым не спугнуть убийцу.
      – Ясно. То есть, они хотят сохранить своё лицо перед деревенским обществом. Что же, мне уже легче хотя бы от того, что я знаю, что они ведут расследование.
      – Меня больше волнует то, как далеко они зайдут.
      – В каком смысле, Серон?
      – Как думаешь, кого полиция начнёт подозревать первым?
      На вопрос Серона ответил Ник:
      – Естественно, членов уже замешанных в происшествие преступных группировок.
      – Совершенно верно. Но судя по тому, что нам сказал Нил, я не думаю, что банды могли так далеко зайти. Даже сейчас я в этом убеждён.
      – Ага, – поддакнул ему Ларри.
      – Хотя, столичные гангстеры вполне могли бы на такое пойти… – согласился Ник.
      – Вот уж точно… Ну какие из них бандиты… – подтвердила Дженни. – Не думаю, что они могли пойти на убийство. Хотя полностью, конечно, исключать этого нельзя, но всё же подобное для них маловероятно.
      – Так и есть. Вероятность не нулевая, поэтому меня и беспокоит, что же будет дальше. Надеюсь, полиция не пойдёт по неправильному пути…
      Разговор окончился на тяжёлой ноте, ни у кого больше не было что сказать. В этот момент к ним вернулась госпожа Руф:
      – Друзья, пусть господин Кац со всем разбирается, а мы давайте немного отдохнём. Я уже закончила с мытьём посуды. И можете не волноваться, мы проследим, чтобы на даче было безопасно.
      – Сегодня я буду дежурить всё ночь, – произнесла Литнер.
      Слова взрослых оказались последними на эту тему, больше уже сказать было нечего. Клуб журналистики приготовился расходиться по своим комнатам.
      – Эм-м… Наталья, – осторожно позвала Мэг.
      – Да?
      – Можно я сегодня буду спать в твоей комнате?
      – Ох. Ну, конечно, можно.
      – Спасибо. А то мне почему-то стало страшно.
      – Не переживай... Если страшно, почему бы тогда не пригласить наших троих сильных мужчин ночевать вместе с нами? – с невозмутимым видом пошутила Наталья.
      – Вынужден отказаться. Боюсь, до свадьбы я не могу, – первым на шутку шуткой ответил Ник.
      – Нет, – скривив губы заявил Ларри. Наталья тут же перевела на него взгляд:
      – Ларри, и ты тоже? Жалко… а ведь в детстве мы постоянно с тобой спали в одной кровати. Я до сих пор помню, каким очаровашкой ты был, когда произносил слова, типа: «Ната, мне холодно. Хватит перетягивать моё одеяло…»
      – Кто-нибудь, выбейте скорее у меня из головы этот отрезок памяти.
      – Какой ты скучный... А ты, Серон? Что скажешь? – Наталья повернулась к Серону. Того словно приморозило.
      – А?.. Как?.. Хм?.. Чего?.. Это…
      Разум Серона сломался. Ларри пришёл ему на помощь:
      – Ого! Ты всё ещё думаешь о деле? Как только твоя голова начинает работать, ты уже никого вокруг не слышишь. Ну, довольно. Пошлите уже спать.
     
      Мэг с Натальей направились в Натальину комнату, все же остальные разошлись по своим. При этом они не забыли запереть за собой на ключ двери и проверить окна, чтобы они были закрыты.
      В это же самое время в Столичном Округе женщина принимала телефонный звонок.
      – Федеральная полиция. Я вас слушаю… Простите?.. Как?.. Эм-м… что вы под этим подразумеваете?.. Так... Так… Что? П-подождите! Откуда вы всё это…
      Женщина в чёрной униформе Федеральной полиции ещё раз пробежала глазами записи, сделанные во время второй половины разговора.
      – …
      Она не могла поверить в написанное. Женщина вновь подняла только что повешенную телефонную трубку и набрала номер внутренней связи.
      [Хартнетт слушает.]
      – Вы не поверите, какое донесение мы только что получили...

К главе 4                                                                                                                              К главе 6