К содержанию                                                                                                                            На главную

Мэг и Серон V:
«Ловушка для Ларри Хепбёрна»
Глава 7 – Кана

     28-й день девятого месяца. В школьной столовой во время обеда.
      – Что-то случилось?.. – спросила Стелла у Ларри.
      Всё пространство между ними было заставлено вкуснейшей едой домашнего приготовления. Омлет с большим количеством говяжьего фарша – любимое блюдо Ларри – наряду с салатом из отварной брокколи, хлебом и шоколадным печеньем на десерт.
      – М? А-а… Ничего, – ответил Ларри, но Стеллу было не одурачить.
      – Нет. Ты… ведёшь себя странно. И вчера тоже, – сказала она. – Ты… выглядишь уставшим… И немного печальным…
      – …
      Ларри слегка прищурил свои голубы глаза.
      – Может быть, – он замолчал, потом снова открыл рот. – Стелла.
      – Да?
      – Насчёт тридцать первого числа. Это первый учебный день после выходных.
      – Да…
      – Мне в обед надо будет кое-чем заняться, поэтому мы не сможем пообедать вместе.
      – Ясно…
      – Поэтому тебе не нужно для меня ничего готовить. Так что не приноси слишком много еды.
      – Хорошо…
      – Но взамен, не могла бы ты мне уделить немного времени после занятий?
      – Мне… надо сразу идти домой.
      – Всего немного. Не дольше чем в один из тех дней, когда окончание уроков слегка задерживается. А если твоя семья забеспокоится, то я позвоню твоему деду и извинюсь. Или мы можем извиниться с тобой вместе. Как тебе?
      – Думаю… пойдёт, – согласилась Стелла.
      – Спасибо. Тогда, тридцать первого числа встретимся после уроков под тем же самым деревом, что и в прошлый раз.
     
      Серон увидел, как Ларри сперва почесал правое ухо, а затем затылок.
      – Отлично. Тридцать первого числа мы перейдём к действию в зависимости от завтрашних результатов, – сказал он сидящим с ним Наталье, Мэг и Нику.
      – Ты думаешь это сработает? – спросил Ник. Наталья с Мэг посмотрели на Серона.
      – Я верю в Линуса.

* * *

     На следующий день. Очень раннее утро 29-го числа.
      Так как наступили выходные, то этим утром в школе царило запустение. Серон с пустыми руками вышел со школьной территории через безлюдные ворота. Примерно час спустя он через те же безлюдные ворота вернулся в школу с газетой в руках.
      Он вошёл в расположенную в вестибюле общежития телефонную будку и позвонил Дженни Джонс.
      [Ну? Каков результат?]
      – Можем действовать, Дженни. У Линуса получилось.
      В углу газеты, которую держал в руке Серон, ютилась маленькая заметка:
      «Объявлен результат “Конкурса Уитфилд” за 3305-й год, победитель: Линус Ф.»
      Хоть фамилию и сократили до первой буквы, но это определённо был Линус Фрэнсис. Также в заметке упоминалось и название сделанных им наручных часов.

* * *

     Тридцать первый день девятого месяца. После выходных начались занятия в школе. Шёл первый на этой неделе обеденный перерыв.
      Будучи один, Серон быстренько покончил со своим обедом и направился в комнату клуба журналистики.
      – Привет!
      – Входи.
      Ларри и Дженни уже сидели внутри. На столе перед ними располагался большой лист бумаги. Это была чёрно-белая газета, предназначенная для наклейки на стену.
      – …
      Серон остановился над газетой, положил обе руки на стол и в один присест полностью прочитал весь лист. Затем он поднял взгляд:
      – Превосходно.
      – Спасибо. В этот раз получилось напечатать пятьдесят экземпляров. С нетерпением жду конца уроков.

* * *

     Перемена перед последним уроком. В коридоре.
      – Простите, у меня тут появились дела. Замолвите за меня словечко перед Портман, – попросила Наталья у своих подруг из оркестра.
      – Замолвить… – Мы?!
      Оставив удивлённых подруг, Наталья ушла на урок.
     
      Примерно в это же самое время в другом коридоре.
      – Прошу прощения. Сегодня у меня есть работа, которую я не могу пропустить, поэтому я хотела бы отпроситься с репетиции, – с поклоном попросила Мэг у старшеклассниц из клуба хорового пения.
      – Без проблем, – не заставил себя ждать ответ.
     
      В это же время в ещё одном коридоре.
      – Президент, – обратился Ник, останавливая Артура Сиарса. Они с Софией Улерикс обернулись на голос.
      – Привет, Ник. Что такое?
      – Боюсь, мне сегодня придётся пропустить репетицию. У меня появились дела, связанные с клубом журналистики.

* * *

     После школы.
      Под ясным солнечным небом ученики выстроили ведущую к школьным воротам реку из людей.
      Но одна определённая часть школьной территории находилась на удалении от широкого людского потока. Двор позади корпусов школы был покрыт травой, с расставленными по периметру цветочными клумбами. И над всем этим возвышался массивный дуб с зелёными ветвями.
      Когда-то Дженни назвала его «легендарным деревом», которое гарантировало, что любое сделанное под ним признание в любви получит взаимность.
      И вот к этому дереву шёл школьник.
      Двенадцатиклассник Линус Фрэнсис – он обладал таким крупным телосложением, что галстук на его груди казался необычайно тонким; кроме того, его лицо выглядело настолько добродушным, что совершенно не гармонировало с остальным телом.
      С собой он нёс школьную сумку – выглядящую непропорционально маленькой на его фоне – и тряпичный пакет со сменной одеждой. На правом запястье мальчика красовались наручные часы.
      Он выглядел столь же беспомощно, как стоящий перед гильотиной человек.
      Не найдя никого под деревом, Линус огляделся по сторонам.
      Затем он прислонился к стволу дуба и с озабоченным выражением лица стал ждать.
     
      – Пришёл…
      Ларри Хепбёрн внимательно наблюдал за прислонившимся к дереву Линусом. Своими голубыми глазами он смотрел с очень близкого расстояния.
     
      – Он пришёл…
      Мэг, Серон, Дженни, Наталья и Ник тоже смотрели на прислонившегося к дереву Линуса. Они через бинокли наблюдали за ним издалека.
      – Должен сказать, что я начинаю привыкать к подобной клубной деятельности, – заметил Ник.
      Пятеро школьников держали в руках бинокли. Прижав их к окну клубной комнаты, они смотрели на Линуса. В этот раз три девочки, упёршись локтями в подоконник, стояли на одном колене на подложенном под окном мягком коврике. Серон с Ником стояли позади них.
      Справа от Дженни был установлен штатив с прицепленным на нём фотоаппаратом с телеобъективом, направленным в сторону дерева. В руке девочка держала кабель с кнопкой удалённого спуска затвора. (прим. пер.: хоть в оригинале на японском и написано «справа», но на иллюстрации мы видим совершенно другую картинку)
      Она сняла кадр и промотала плёнку.

msv5c71

     – Мы не написали для Ларри сценарий, – произнесла Наталья. – Он справится самостоятельно? Не напортачит в самый ответственный момент?
      – Если честно, вчера днём он мне позвонил, – ответил Ник. – Он попросил меня раскрыть секрет хорошего выступления на сцене. И я дал ему ответ.
      – Что ты ему сказал? – спросила Мэг.
      – Всё делай с достоинством.
      – Ничего себе.
      – Ник, это же ты обманным путём вызвал сюда гориллу? – поинтересовалась Наталья.
      – Так и есть.
      – Что ты ему такого сказал, что он даже пропустил техническую школу? Он выглядит так, будто сейчас упадёт в обморок.
      Ник элегантно улыбнулся:
      – Это секрет… Будет обидно, если из-за такого пустяка все меня возненавидят.
      – Страх-то какой, – ухмыльнулась Наталья. – Значит, остальное дело за Ларри?
      – Всё будет хорошо, – уверенно произнёс Серон. – Ларри не сбежит до самого конца.
     
      Дженни только улыбнулась на замечание Серона, как…
      [Что здесь происходит?..]
      Тревожный голос Линуса достиг ушей членов клуба журналистики. У него был глубокий, но слабый голос.
      Голос исходил из стоящих позади членов клуба на столе динамиков. Динамики были подключены к ламповому усилителю звука, чьи лампы тускло светились оранжевым цветом.
      К усилителю был подключен и длинный кабель. Он тянулся через комнатное окно по направлению к дереву, и где-то перед ним уходил под землю. На конце кабеля находился микрофон, спрятанный в закопанную под землёй коробку.
      – Как хорошо всё слышно. Просто потрясающе. Вот же чудеса цивилизации, – бросила комментарий Наталья.
      – Ещё бы, – ответила ей Дженни. – Было довольно трудно закопать кабель с микрофоном за время обеденного перерыва.
      – И благодаря твоим нечеловеческим усилиям, мы узнаем правду о происходящем. Спасибо тебе, Дженни. Твои усилия… – Ник прервался. – Пришла! Появилась наша звезда, – воскликнул он.
      Все тут же усиленно прильнули к своим биноклям.
      В круглом поле зрения биноклей они увидели, как позади смотрящего в их сторону Линуса из-за школьного здания появилась маленькая фигурка Стеллы.
      Похоже, что Стелла не заметила Линуса за стволом дуба. Она твёрдыми шагами приблизилась к дереву.
     
      Ларри услышал звук шагов девочки.
      – Фу-х… отлично!
      Одетыми в кожаные перчатки руками он крепче сжал верёвку.
     
      [Ах! Почему ты…]
      Голос Стеллы заполнил клубную комнату. Она близко подошла к дереву и заметила прислонившегося к его стволу мальчика.
      [Ха?.. Ва-а…]
      Сразу за ним последовал удивлённый крик Линуса.
      – А теперь, покажи на что ты способен, рыцарь Хепбёрн, – ухмыляясь, Дженни сфотографировала стоящую под деревом пару людей.
     
      – Ха?.. Ва-а…
      – П-почему ты здесь?! – строгим голосом потребовала Стелла объяснений от испуганного Линуса.
      – Это-о… Я… – Линус был явно взволнован и не мог подобрать правильных слов. Вместо этого он слегка затряс головой и дрожащими руками выставил перед собой сумку.
      Стелла быстро огляделась вокруг.
      – С-сейчас же уйди куда-нибудь!
      – Н-но… Я…
      – Пожалуйста, уходи! – сказала Стелла и потянулась к своей сумке. Она вынула из неё наручные часы.
      – …
      На глазах у безмолвного Линуса, она надела часы себе на левое запястье.
      – Пожалуйста, сделай, как я тебя прошу! Уйди куда-нибудь!
      – Но я…
      И тут над их головами раздался третий голос:
      – Эй, вы, а ну не ссорьтесь!
      Это был голос Ларри.
      – М? – А?
      Стелла с Линусом одновременно подняли головы. Первое, что они увидели, были ветви дуба и его пышная зелёная листва.
      Где-то среди неё прятался Ларри. С ветвей спускалась верёвка, и её конец касался земли.
      – Хоп!
      Ларри спустился по верёвке вниз.
      – Ох! – Ах!
      Одетый в камуфляжную форму, Ларри появился перед удивлённой парой.
      Мальчик был одет в полевую униформу Федеральной армии и армейские ботинки. Ещё на голове у него находилась форменная кепка, и лицо скрывалось под камуфлированной банданой.
      Вокруг его талии и бёдер была обмотана верёвка, закреплённая на металлическом карабине. Благодаря тому, что верёвка проходила через карабин, спуск вниз можно было замедлить.
      Стянув с лица бандану и отцепив верёвку, Ларри поприветствовал Стеллу с Линусом:
      – Всем привет! С вами Ларри. Ларри Хепбёрн.
     
      Ларри безопасно приземлился между огромным мальчиком и крохотной девочкой.
      [Всем привет! С вами Ларри. Ларри Хепбёрн.]
      Он бросил фразу прямо как из радиопостановки.
      – …
      Наталья не смогла сохранить самообладание, прижав руку к животу, она содрогалась от еле сдерживаемого приступа смеха.
      – Покуда всё идёт хорошо, – Дженни продолжала снимать фотографии.
      – Пока он будет следовать моему совету, он будет прекрасно справляться с задачей, – с улыбкой произнёс Ник.
      – Удачи тебе, Ларри! – подбадривала мальчика Мэг.
     
      – Ч-что ты…
      – Уважаемый Хепбёрн?..
      Линус со Стеллой недоумённо смотрели на Ларри.
      – Вы хотите знать, почему я так одет? Ответ очевиден – я одет для боя!
     
      – Пф-ф! Ха-ха-ха-ха-ха!
      В клубной комнате Наталья всё же разразилась смехом. Но так как Ларри её не слышал, то он продолжил свою речь:
      – Стелла! – внезапно громко он назвал её имя. Стелла вздрогнула. – Я тебя спасу!
      – Что?..
      – От него!
      Одетой в перчатку рукой, Ларри обвиняющим жестом указал на стоящего в стороне Линуса. С какой стороны ни посмотри, показывать пальцем на стоящего перед тобой человека это очень плохие манеры, но, невзирая на приличия, Ларри продолжил:
      – После того как мы с тобой стали встречаться, до меня начали доходить странные слухи.
      – … – …
      Так как Стелла с Линусом слушали его молча, Ларри продолжил свой монолог:
      – Я услышал, что старшеклассник по имени Линус Фрэнсис тебя достаёт. Поэтому я попросил надёжных друзей узнать про это получше. И оказалось, что слухи были правдой! Мы получили свидетельские показания от людей, которые видели тебя с ним вместе в укромных уголках школы.
      – Эм… я… – отшатнувшись, с запинкой произнёс Линус.
      – Ты постоянно преследуешь Стеллу! – опуская, наконец, руку, выдвинул обвинение Ларри.
      Линус вздрогнул, но Ларри ещё не закончил свой натиск:
      – Конечно, Стелла очень милая! Но Линус, ты воспользовался тем, что она стеснительная и не может отказать, поэтому ходил за ней по пятам, когда поблизости не было людей! Причина, по которой она в этом триместре попросила меня ходить с ней на свидания и проводить с ней на территории школы как можно больше времени заключается в том, что она хотела избежать тебя! А вовсе не потому, что она меня любит!
     
      – Я больше не могу… сейчас помру… – задыхаясь и чуть не проливая слёзы на коврик под ногами, произнесла Наталья. Но так как Ларри не мог её видеть, то он продолжил свою речь без остановки:
      – Нет этому прощения! Настоящий мужчина не должен принуждать или преследовать женщин!
      – Я… это-о…
      – Я ясно выразился?! Если понял, то никогда больше не приближайся к Стелле! Если ты к ней ещё раз подойдёшь, то будешь иметь дело со мной! Я понимаю, что неправильно с моей стороны использовать свою военную подготовку для того, чтобы причинять вред гражданскому лицу, но я готов сделать исключение, когда речь идёт о том, кто обижает женщин! Линус, у тебя есть что сказать в своё оправдание?!
      Ларри разошёлся на полную катушку.
      – …
      Линус онемел от удивления. Видя, что тот молчит, Стелла подала слабый голос:
      – Эм… Уважаемый Хепбёрн.
      – Что такое, Стелла?
      – Гхм… Я…
      Тут Ларри намеренно её прервал:
      – Не переживай, Стелла. Я тебя защищу.
      – Что? Но я…
      Стелла начала паниковать. И тут Ларри спокойным тоном произнёс:
      – Я позабочусь о том, чтобы ты не пожалела, что выбрала меня, – в кои-то веки говоря правду, Ларри сузил свои голубые глаза. Затем он резко повысил голос. – Линус, это всё, что я хотел сказать! Оставь Стеллу в покое и не приближайся к ней до самого выпуска из школы! За пределами школы у неё есть телохранители, а здесь её защищать буду я! Не забывай об этом!
      И хотя Линус с поникшей головой отступил назад и выглядел так, словно сейчас расплачется, убегать он не стал.
      – Я… – наконец открыв рот, произнёс он. – Я… так не могу…
      Стелла смотрела на Линуса, Линус смотрел на землю... В результате оба пропустили, как в глазах Ларри промелькнула печаль.
     
      – Молодец, – прошептала Дженни, снимая его лицо на фотоаппарат.
      – К кому из них ты обращаешься? – поинтересовался Серон.
      – И так понятно, – ответила ему Дженни, потом молча, одними только губами добавила. – К обоим.
      – Блин, чуть не померла… – Наталья еле-еле оправилась от безудержного смеха. Пять биноклей смотрели в одном направлении, чтобы запечатлеть героизм Ларри.
     
      – Не можешь?! Ты понимаешь, о чём ты говоришь?! – как никогда раньше взревел Ларри, который точно знал, что он делает. Ступая один угрожающий шаг за другим, он подходил к Линусу. – Ну и отлично! Ради сохранения твоей чести я хотел на этом закончить, но ты не оставляешь мне выбора!
      Ларри потянул к нему правую руку. Хотя Линус был на две головы выше и руки у него мощнее, Ларри это ничуть не смущало.
      – Мерзкий преследователь, я отведу тебя в учительскую! Не вини меня, если при этом я сломаю тебе руку!
      – Прекрати-и!.. – пронзительно закричала Стелла, отталкивая Ларри обеими руками.
     
      [Прекрати-и!..]
      В клубной комнате…
      – Ах! – Ого! – Ой! – Ох! – Хм.
      Пятеро членов клуба журналистики одновременно вздрогнули.
     
      – Ха? – Ларри пролетел по воздуху и приземлился на задницу. – Грхя!
      Создавая на рокшенуксском языке новое восклицание для выражения боли, мальчик покатился кубарем и врезался спиной в ствол дуба. Кепка Ларри отлетела в сторону. Затем его голова вошла в соприкосновение с деревом, создавая резонирующий звук, после чего всё его тело непроизвольно подалось вперёд.
      Он упал на траву лицом вниз и прекратил всякое движение.
     
      – Это он тоже так инсценирует? – поинтересовалась Наталья. Из окна клубной комнаты Ларри напоминал гигантскую лягушку.
      – Не припоминаю, чтобы я обучал его такой технике. Хотя, сейчас я склоняюсь к тому, чтобы адаптировать её для сцены моего финального боя на мечах, – заметил Ник.
     
      – С-стелла?.. – первым из троих находящихся под деревом школьников заговорил Линус. При виде отталкивающей драчуна маленькой девочки он пришёл в замешательство. – Это-о… я… ч-что я должен сделать?..
      – Ах, как больно…
      Ларри медленно перекатился на бок, затем сдвинул в сторону ноги, и, глядя вниз, прислонился спиной к дереву.
      – Я… я… – наконец опуская руки, проговорила Стелла.
      Ларри поднял взгляд. Он посмотрел на маленькую девочку.
      – …
      Его голубые, цвета неба, глаза сияли.
      Три секунды спустя Ларри медленно рассмеялся. В его светлых волосах запутались листки травы, и лицо было немного грязным.
      – Ты молодец, – произнёс он затем.
      – О чём ты… говоришь?.. – Стелла смотрела на него непонимающим взглядом.
      – Молодец, Стелла. Ты победила, – ответил Ларри, опираясь спиной о дерево.
      – А?
      – Ты очень сильная девочка. Ты меня победила.
     
      В это же время в клубной комнате люди слушали слова Ларри через динамики.
      – Почему он всё ещё в этой позе? Мог бы уже и подняться, – поинтересовалась Наталья.
      – В этом есть свой смысл, – ответил Серон, – ты не можешь посмотреть на звезду, пока не подымешь голову вверх.
      – Серон, ты такой романтик! Это так здорово! – воскликнула Мэг.
      У Серона тут же прервался ход мыслей.
     
      Стелла медленно сделала один шаг, потом второй по направлению к Ларри.
      – Я с самого начала всё знал, – Ларри смотрел на неё снизу-вверх.
      – Ч-что знал?..
      – Что ты меня не любишь.
      – …
      Стелла молчала.
      – И после проведённого небольшого расследования, я обнаружил, что парень, которого ты на самом деле любишь, находится сейчас здесь. Это старшеклассник Линус. И у него такие же чувства по отношению к тебе.
      После слов Ларри Стелла с Линусом быстренько переглянулись. Они тут же еле видно отрицательно повертели головой.
     
      – Они пытаются понять, кто из них проговорился. Это написано на их лицах, – прокомментировала Наталья.
      – Это мы провели расследование, – с гордостью сказала президент клуба журналистики.
      Из динамиков донёсся голос Ларри:
      [Поэтому всё, что я до этого говорил, всё было враньём! Если конкретно, то…откуда же я начал врать?]
      – Ну же, соберись, Ларри! Когда ещё у тебя наступит такая возможность? – язвительно заметила Наталья.
     
      – Эм… в общем… Линус, в основном я обманывал, когда говорил, что ты преследуешь Стеллу. Я сильно за это извиняюсь!
      – …
      Стелла стояла молча, а вот Линус подошёл ближе и встал слева от девочки. Он смотрел на Ларри растерянным взглядом.
      Глядя на двое наручных часов перед ним: одни на левом запястье, а другие на правом, Ларри продолжил:
      – Должно быть, вы познакомились вскоре после того, как Стелла поступила в школу. И вы влюбились друг в друга. Вероятно потому, что вам обоим нравятся наручные часы. Ведь так?
      – …
      Стелла безмолвно кивнула.
      – З-значит, я оказался прав. Ага. Стелла, тебе просто нравятся часы. А Линус… ты настолько любишь часы, что сам занимаешься их изготовлением.
      По лицу Линуса распространилось шоковое выражение. Ларри ответил на незаданный вопрос:
      – Уж прости, после школы я проследил за тобой и обнаружил, что ты посещаешь техническую школу Бальфур.
      – Ясно… – подал голос Линус, наконец, прерывая своё молчание. Ларри продолжил:
      – Вы достаточно сильно любите друг друга, что хотели бы связать своё будущее. Но в школе не так много мест, где бы вы могли встречаться. За территорией школы без вариантов, и даже в самой школе, если бы народ вас увидел вдвоём, то могли бы поползти слухи. Что, собственно, и произошло. А ещё…
     
      [А ещё, у вас была веская причина скрываться, чтобы вас никто не раскрыл.] – спокойный голос Ларри заполнил клубную комнату. – [Ваше кровное родство.]
      По-прежнему прижимая бинокль к глазам, Ник тихо повторил всё то, что он рассказал остальным несколько дней назад:
      – Семья Фрэнсис из-за семейной вражды отделилась от семьи Уитфилд, хотя раньше они были одной семьёй.
     
      – Вы друг другу приходитесь троюродными братом и сестрой. Дед Стеллы и дед Линуса родные братья, но они так сильно рассорились, что дед Линуса даже сменил свою фамилию. И у них до сих пор плохие отношения между собой. Они даже никоим образом не контактируют друг с другом, не говоря уже о личной встрече. Такой оказалась реальность, с которой вам двоим пришлось столкнуться.
      Ларри посмотрел на Стеллу, на лице которой появилось совершенно новое выражение. У неё было величественное лицо, присущее дамам знатного рода. Рядом с ней стоял гориллоподобный мальчик, который внимательно наблюдал за Ларри.
      – В нашей школе вы случайно познакомились друг с другом. И в ней же вы были свободны встречаться тайно ото всех. Правда, если бы только ваши семьи об этом узнали, что же… честно говоря, я даже не могу представить последствий, но… эм… ничего хорошего из этого бы не вышло… наверное.
     
      – Ларри, вот же паршивец!.. Шеф, ты не могла установить микрофон и на этом конце, чтобы они тоже нас слышали? Я бы точно смогла подобрать нужные слова! – в клубной комнате Наталья закипела от раздражения.
      – Он переходит к главному, – произнесла Мэг, пытаясь её успокоить.
      В комнате раздался голос Ларри:
      [Линус, тебе нравится создавать наручные часы, и ты хочешь когда-нибудь стать часовщиком. И я зуб даю, тебе нравятся часы от компании «Уитфилд». Тебе стоило бы совместить всё в одну кучу – жениться на Стелле и поступить на работу в часовую компанию «Уитфилд». Это прекрасная мечта, к которой стоит стремиться.]
      – Действительно, – Ник мысленно кивнул не находящемуся сейчас рядом Ларри, – если бы только не одна проблема.
      [Но семейная вражда ещё не окончена. Из-за своей родословной, даже со своими способностями ты никогда не сдашь экзамены в Часовую школу «Уитфилд». Поэтому у тебя есть только один путь пробиться туда.]
      Серон, наконец-то вернувшийся к жизни, прошептал одновременно со словами Ларри:
      – Выиграть «Конкурс Уитфилд».
      [Я не знаю, кому из вас пришла в голову эта идея, но она великолепная. Если ты выиграешь, то у господина Уитфилда не останется иного выбора, кроме как нанять тебя на работу. Поэтому ты предоставил на конкурс самодельные наручные часы. Возможно, ты подавал заявку и в прошлом году, но у тебя тогда ничего не получилось. Так что в этот раз ты работал даже ещё усерднее.]
      Через динамики доносился только голос Ларри, но в биноклях членов клуба журналистики отображались также и Стелла с Линусом. Стоя под деревом спиной к наблюдателям, они слушали, что им говорит Ларри.
      [Но тут вдруг возникла ещё одна проблема. Восьмиклассницы стали разносить слухи о том, что вы тайно встречаетесь. В таком случае, ваши семьи могли когда-нибудь про вас узнать. И если бы они узнали об этом до конца конкурса, то господин Уитфилд мог бы принудительно дисквалифицировать Линуса. И тогда все усилия пропали бы впустую. Поэтому…]
     
      Ларри говорил, не спуская глаз со Стеллы:
      – Поэтому ты выбрала меня.
      – …
      Стелла молчала.
      – После летних каникул мы случайно повстречались в коридоре. Именно тогда ты услышала, что я из знатной семьи, что я не пользуюсь популярностью у девчонок, и что у меня нет подружки. Превосходная цель. Поэтому ты попросила меня встречаться с тобой, и рассказала всей школе и своей семье, что я твой парень.
      – …
      – Ты меня не любила. Всё это было показухой для школы, что ты встречаешься с кем-то другим.
      – …
      – И теперь тебе больше не нужно притворяться.
     
      Ларри медленно поднялся на ноги.
      Затем он приблизился к Стелле с Линусом.
      – Линус.
      Услышав своё имя, Линус вновь оробел:
      – Ч-что?..
      – Это же не ты придумал данный план, ведь так?
      – …
      Правильно поняв его молчаливый ответ, Ларри обратился к Стелле:
      – Вдохновителем была ты... А теперь, прошу меня извинить.
      Сделав быстрое движение, Ларри схватил левую руку Стеллы.
      – Ах!
      У девочки не было времени отреагировать. Ларри аккуратно повернул её запястье так, чтобы показался циферблат наручных часов и сам немного присел, чтобы лучше видеть.
      – Я так и знал.
      Его голубые глаза пробежались по буквам на циферблате.
      – «Моей любимой Кане»… – тихим голосом прочитал он, после чего отпустил руку Стеллы.
      Девочка, не опуская руки вниз, поднесла её к лицу и посмотрела на свои наручные часы.
      – Очень похоже на часы «Уитфилд», но это не они. Хорошо видно их отличие. Это самодельные часы Линуса. Единственный во всём Мире экземпляр, созданный специально для тебя, Стелла. Они служат напоминанием, что даже если вы разлучены, ваши сердца всегда вместе.
     
      Снова в комнате клуба журналистики…
      – Серон, это ведь ты научил его тому, что он сейчас сказал? – поинтересовалась Дженни.
      – Да, – подтвердил Серон.
     
      – Нда… вот уж не думал, что смогу так долго говорить. Никогда не узнаешь, пока не попробуешь!
      – Эм… уважаемый Хепбёрн?
      – Хм? Только не говори, что я ошибаюсь.
      – Нет… – Стелла отрицательно покачала головой. – Всё, что ты сказал… правда… Прости… меня…
      На её извинения Ларри лишь только промолчал.
     
      – Ну же, давай, говори, – в клубной комнате подала голос Наталья.
     
      – Линус, поздравляю с победой в «Конкурсе Уитфилд»! – произнёс Ларри, поворачиваясь к нему.
      – Ха? Ох… эм… спасибо. Но откуда?..
      – Я узнал об этом сразу же, как только прочитал статью. Ты единственный, кто мог прислать на конкурс часы под названием «Кана».
      – Ясно… должно быть ты знаешь человека, который хорошо разбирается в безельском языке…
      – Так точно. Как бы то ни было, теперь ты с высоко поднятой головой можешь устроиться на работу в компанию «Уитфилд»!
      – Нет… я в этом не уверен.
      – Надо же. И почему? – спросил Ларри. Он заметил, что и Линус и Стелла всё ещё выглядят опечаленно.
      – Это правда, что я выиграл конкурс. Я этому очень рад. Но мне пришлось подделать кучу информации, когда я предоставлял на рассмотрение мои часы. Мой домашний адрес, мои контактные данные, мой день рождения – всё, что угодно. Я не мог допустить того, чтобы они узнали, что я – Фрэнсис. Если бы семья Уитфилд решила помешать мне устроиться на работу к ним в компанию… она могла бы сделать так, чтобы это состязание вообще не состоялось.
      – Понятно… Значит, Серон оказался прав. Я впечатлён.
      – Что?
      – Нет, ничего! Об этом можешь не переживать! Нам всего лишь надо, чтобы распространилась молва и как можно больше людей обо всём узнало! Мы сделаем крупное объявление о вас со Стеллой, о ваших семьях, и обо всей той тяжёлой работе, которую ты вложил в развитие своего таланта! Давай открыто обо всём расскажем! Тогда господин Уитфилд не сможет исключить тебя из победителей, потому что это будет связано с его репутацией!
      – … – …
      На несколько секунд Стелла с Линусом обратились в молчание.
      Но наконец Стелла заговорила:
      – Каким… образом?..
      – Ты разве забыла? – ответил ей Ларри. – Наша школа полна детей из различных богатых семей.
     
      Заявление Ларри заполнило клубную комнату.
      – А теперь, за работу, лоботрясы! – произнесла Дженни сделав последнюю фотографию. После чего она поднялась на ноги и хлопнула в ладоши. – Товар на столе! Выметайтесь отсюда и поднимите всех на уши! Живо за дело!
      Дженни пальцем указала на кофейный столик, на котором высилась стопка из пятидесяти огромных листов бумаги и рулонов скотча чтобы их приклеить.
      Четверо членов клуба журналистики рванули из клубной комнаты с зажатыми в подмышках скрученными в рулон газетами и скотчем в руках.
      – Ты постарайся, Серон! – с улыбкой сказала Мэг.
      – Ага!
      Серон поспешил на задний школьный двор, к дубу.
     
      В клубной комнате осталась одна Дженни.
      – Я так и знала, – произнесла она с ухмылкой на лице. – Первая статья этого года, это история о любви.
     
      – Когда мы всё расскажем школьникам, то скоро обо этом узнают и их родители. И тогда, возможно, ваши дедушки изменят своё мнение, когда они увидят, сколь много людей поддерживают вас. Достаточно скоро они поймут, что упрямое цепляние за прошлое никому не принесёт пользы.
      Стелла с Линусом всё ещё находились в состоянии шока, когда к ним приблизился Серон.
      – Прости, что заставил тебя ждать, Ларри.
      Пройдя мимо ошарашенных Стеллы с Линусом, Серон остановился рядом с одетым в камуфляж другом.
      – Экстренный выпуск, – произнёс Серон всего пару слов.
      Он вытянул из-под подмышки лист бумаги, передал его Ларри и затем шагом удалился прочь.
      – Спасибо, – поблагодарил его в спину Ларри и развернул бумагу.
      На листе бумаги размером с плакат отображались фотографии, колонки текста и огромный заголовок.
      Держа газету двумя руками, Ларри показал её Стелле с Линусом.
      [Поздравляем! Линус Фрэнсис (из двенадцатого класса) Одержал Победу в «Конкурсе Уитфилд» для Начинающих Часовщиков!] – гласил притягивающий внимание заголовок. Под ним, крупным легко читаемым шрифтом располагалась статья, раскрывающая новость целиком.
      И хотя статью написала Дженни, в её заголовке отсутствовал привычный всем знак вопроса.
      Нижнюю половину газеты занимала ещё одна статья, озаглавленная: [Девушка Фрэнсиса – его троюродная сестра Стелла Уитфилд (из восьмого класса)! Их любви мешают события пошлого!]
      Под ним следовала серьёзная журналистская работа, в деталях раскрывающая историю их отношений. В ней описывалась история семей Уитфилд и Фрэнсис, и тот факт, что Стелла с Линусом были вынуждены целый год скрывать свои отношения. Также в статье утверждалось, что победа Линуса в «Конкурсе Уитфилд» уже решила все их проблемы.
      Ещё одним интересным моментом данной статьи было то, что в ней заявлялось, будто: «Фанат наручных часов девятиклассник Ларри Хепбёрн случайно раскрыл их секрет и помог испытывающей затруднения паре, сыграв роль парня Стеллы, пока не были объявлены результаты конкурса», – хотя всё это было правдоподобной выдумкой Дженни.
      «Поздравляю тебя, Линус. Я знал, что у тебя всё получится. Для меня было честью помочь тебе», – говорила цитата из фальшивого интервью Ларри.
      – … – …
      Стелла и Линус с широко раскрытыми глазами читали статью о себе. Они оба ошеломлённо молчали.
      Но, наконец, Стелла вернулась в реальность:
      – Значит ли это, что теперь нас ждёт счастливое будущее?
      Ларри, прекрасно осведомлённый, что он в это будущее не включён, без тени улыбки, но заверяющим голосом ответил:
      – Конечно! Вот видишь? Я же говорил, что ты не пожалеешь, выбрав меня!
     
      Услышав через динамики слова Ларри…
      – Нет никакой гарантии, что всё пройдёт хорошо, – пробормотала оставшаяся наедине президент клуба. – Эта история может поднять шумиху, но если взрослые решат невзирая на сохранность репутации её задавить, у нас ничего не получится. Так что это всего лишь вопрос удачи. И Серон это прекрасно знает, просто он не сказал об этом тебе, Ларри. Вот же паршивец…
     
      – Экстренный выпуск! Всем живо прочитать! – кричала Наталья.
      – Стенгазета от клуба журналистики! Волнующие статьи! – зазывала Мэг.
      – Держи, Серон, наклей на стену… Милая девушка, разрешите обратиться? Не желаете ли прочитать газету? В этом выпуске мы освещаем очень романтичную историю, – рекламировал газету Ник.
      – …Как-то криво повесил, – заметил Серон. С его помощью по школьным стенам было расклеено более сорока экземпляров газеты.
      Они начали вызывать ажиотаж среди ещё не разошедшихся по домам школьников и учителей.
      – Ну, если газета нормальная, то и срывать её не надо…
      Учителями не был удалён ни единый экземпляр.

* * *

     Первый день десятого месяца.
      Уже на следующий день ещё больше школьников прочитало газету, и история, словно пожар, распространилась по всей школе.
      Одноклассник на перемене подловил Ларри у шкафчиков:
      – Слушай, Ларри! То, что написано в газете, это правда?!
      – Газета не врёт!
      – Значит, правда… Так и знал, что что-то здесь не то, когда услышал, что ты вообще можешь понравиться девушке!
      – Именно так! Я просто им помог, а вот Линус заслуживает отдельной похвалы! Однажды он будет управлять компанией «Уитфилд»!
     
      В учительской за чаем учителя вели разговор. Первой темой для разговора послужила победа Линуса Фрэнсиса. А затем…
      – Вот, кстати, как насчёт того, чтобы придать клубу журналистики официальный статус?
      – Хм-м… Что же, они опубликовали настоящую газету и выполнили все требования о количестве участников. Так что у нас нет ни единой причины им в этом отказать.
      – Полагаю, что так. Но ведь в таком случае им нужен будет куратор, разве нет?
      – И в этом заключается проблема. Кто захочет работать с такой занозой, как Джонс?
      – Всегда можно переложить эту обязанность на того, кого сейчас с нами нет.
      – Ну что за ребячество?.. Хотя, толика смысла в этом есть.
      – Вы думаете о том же, о ком и я?
      – Да… В этом месяце господин Мардок возвращается на работу.
     
      На следующей перемене Ларри случайно столкнулся с Сероном в коридоре.
      – Привет, Серон!.. Ну и как? Что говорят в твоём классе?
      – Всё довольно неплохо. Отзывы звучат только положительные. Мне даже немного нравится, что люди читают нашу газету и обсуждают историю, которую мы осветили.
      – Ещё бы! Все говорят, что у меня вышло действительно отличное представление!
      – … А-а, да, ты и правда хорошо отработал.
      – Слышал о том, что несколько из наших газет были украдены?
      – Надо же… Дженни наверняка довольная?
      – Ага. Она с весёлым видом развешивает ещё больше копий, которые распечатала сегодня. Ну да ладно, подробности обсудим после занятий, а то сегодня я обедаю в классе, чтобы рассказать народу о своём подвиге.
      – Ларри, библиотекарь попросил меня помочь в библиотеке, так что сегодня я не приду. Я хотел оставить записку в клубной комнате, но хорошо, что ты попался. Можешь передать это Дженни?
      – Ясно, хорошо. Я свяжусь с тобой снова, как только получу сообщение от нашей счастливой пары.
      – Ладно. Жду не дождусь хороших новостей.
      – Ну, бывай.
      Серон посмотрел вслед уходящему Ларри.
      – Значит, «счастливая пара»… – пробормотал он себе под нос, думая о тех двоих с наручными часами.
     
      Серон поднял взгляд от своих собственных наручных часов.
      – Ой, привет, Серон.
      – А!
      Его глаза встретились с глазами Мэг. Серон от удивления вздрогнул.
      – Прости. Я тебя напугала?
      – Н-нет! Всё хорошо! Привет.
      – Привет! Всё идёт замечательно! Я просто рада! – произнесла Мэг, улыбаясь так ярко, словно была одной из половин счастливой пары.
      И только тогда Серон заметил стоящую рядом с Мэг школьницу.
      – Привет, Серон. В этом триместре мы с тобой вместе ходим на занятия по рокшенуксскому языку. Ты меня помнишь?
      – Шульц. Я помню, – кивнул Серон.
      – А ещё Лилия в прошлом триместре ходила с нами на уроки рисования! С тех пор она моя лучшая подруга!.. Лилия, хоть ты его уже знаешь, но я снова вас познакомлю. Это Серон Максвелл, и мы с ним вместе состоим в клубе журналистики, – вмешалась Мэг.
      Лилия выглядела ни особо довольной, но и ни особо недовольной. Она обратилась к Серону:
      – Я прочитала газету. Было очень интересно.
      – Спасибо. Остальные будут рады это услышать.
      – Мэг иногда витает в облаках, поэтому приглядывай за ней.
      – Ах! Как грубо, Лилия! Я же его старше!
      Голос Мэг заставил Серона задуматься – он будет заботиться о ней, даже если придётся пожертвовать своей жизнью.
      Затем, с непроницаемым лицом он высказал свои мысли вслух:
      – Если кто-нибудь попытается пырнуть Мэгмику ножом, я приму удар на себя. Так пойдёт?
      Ошарашенная сперва его словами Лилия…
      – Пф! Ха-ха-ха-ха!
      … в тот же миг разразилась смехом. Мэг захихикала вместе с ней.
      – Серон, ты такой забавный.
      – Обычно он бывает более серьёзным.

msv5c72

     Глядя на веселящихся школьниц, Серон, не понимая, что он сказал не так, решил ненадолго натянуть на лицо улыбку.

* * *

     После занятий Ларри зашёл в комнату клуба журналистики.
      – Привет, герой дня, – поприветствовала его Дженни. Президент клуба удобно устроилась на диванчике и попивала чай.
      – Ты рано. А как же уроки?
      – Я благополучно прогуляла послеобеденные занятия.
      – У тебя с успеваемостью всё будет хорошо?
      – Ты беспокоишься о моих оценках? Даже и не знаю: смеяться мне или плакать.
      – …Делай, что хочешь, – сказал Ларри, присаживаясь на диван. – Есть новая информация?
      – Ага.
      – Какая?
      – Насчёт Уитфилдов.
      В этот момент Ларри заметил на столе две пустых чайных чашки.
      – Были гости?
      – Ты у нас детектив?
      – Даже дурак об этом поймёт сразу. Стелла с Линусом, я прав?
      – Всё-таки, ты детектив. Да, это были они.
      – И что они сказали? Расскажи.
      – Давай дождёмся Серона.
      – Сегодня у него дела в библиотеке, так что он не придёт.
      – А-а, тогда, ладно. Сейчас расскажу. Начнём с самого важного…
      – …
      Глядя на Дженни, Ларри затаил дыхание.
      – Линус Фрэнсис наверняка получит должность в компании «Уитфилд».
      – Отлично!.. – воскликнул Ларри, вскидывая сжатые в кулаки руки вверх. Его голос эхом пронёсся по комнате. Не обращая на него внимания, Дженни продолжила выкладывать информацию:
      – Сразу же после нашего маленького представления они прямиком направились в особняк Уитфилдов. Линус там во всём признался – что он и есть победитель конкурса, и что он встречается со Стеллой. Они показали семье нашу газету и сказали, что вся школа уже про это знает. Уитфилды оказались в полной мере удивлены, когда узнали из какой семьи происходит Линус. В конце концов, дед Стеллы очень надолго задумался, после чего спросил у Линуса: «Значит ли это, что ради Стеллы ты готов отказаться от своей семьи?»
      – И что он ответил?
      – Горилла сказал: «Да, если вы будете кормить меня бананами каждый день».
      – Жежо! Сейчас не время шутить, давай серьёзно!
      – Хорошо-хорошо. На самом деле он сказал: «Более чем что-либо я желаю стать часовщиком и провести свою жизнь со Стеллой. Ради моей мечты я готов отказаться от чего угодно».
      – Бли-ин, какой крутой ответ! И что потом?
      – Вернёмся к тому, что я сказала раньше. Ему гарантировано приглашение в компанию «Уитфилд», и теперь дело за ним его принять.
      – Здорово! Отлично! Супер! Я так рад за них! Теперь Стелла обретёт своё счастье! – словно радуясь за самого себя завопил Ларри, снова вскидывая кулаки вверх.
      – … – но Дженни одарила его холодным взглядом. – Слушай, ты.
      – Что?
      – Как ты понял, что Стелла тебя не любит?
      – А-а… Я же тебе ещё не говорил. Просто раньше Серон всё время был рядом, и потому я не мог ничего сказать. Всё дело в её глазах.
      – В глазах?
      – Да. Тогда под деревом я увидел в её глазах, что она меня не любит. Её глаза не похожи на те, которые бывают у глубоко и отчаянно влюблённых людей. Я могу это определить, потому что каждый день вижу перед собой такого человека.
      – Ясно… И после этого ты всё равно решил ей помочь. Какой же ты всё-таки добродушный болван.
      – Я знаю, что я глупый. Но слишком добрая у нас тут ты.
      – Чего?
      – Это же ты ради помощи применила все связи клуба журналистики.
      – Я… делала это ради получения хорошей истории для статьи.
      – И когда София попросила помочь, ты тоже бросила на это все силы.
      – Это-о было-о…
      – Когда дело касается чужих любовных историй, ты становишься очень отзывчивой, – улыбаясь, заметил Ларри.
      – … – глаза Дженни широко раскрылись от возмущения, после чего лицо девочки приняло недовольное выражение. – Заткнись! Чёрта с два я тебе буду помогать, когда у тебя появится по-настоящему любящая подружка! Так и знай!
      – Хорошо-хорошо! Ладно. Только у меня есть одна просьба…
      – Слушаю?
      – Обязательно помоги Серону.
      – …Не знаю, насколько я ему смогу помочь, но стоять у него на пути я не собираюсь.
      – Последние несколько дней были очень интересными. Я считаю, они дали мне шанс поразмыслить о моём будущем… о его разных возможностях, – произнёс Ларри, вспоминая совет матери.
      – Типа, о возможностях в качестве женского угодника?
      – И это тоже.
      – Пф-ф… – буркнула себе под нос Дженни. – Чуть не забыла. Нужно тебе кое-что передать, – сказала она, поднимаясь с дивана.
      Она направилась к рабочему столу и взяла с него маленькую деревянную коробочку, затем вернулась на своё место напротив Ларри.
      Деревянная коробка по виду напоминала ювелирный футляр или музыкальную шкатулку. Покрытое лаком дерево проявляло свою красивую текстуру. Сверху на коробке имелась только застёжка для крышки, какие-либо надписи отсутствовали напрочь.
      – Это от Стеллы с гориллой. Они хотели отдать её тебе.
      – Они? Мне? – поинтересовался Ларри, принимая коробку.
      – Больше они ничего не передавали. Стелла сказала, что хотела написать письмо, но она не знала, что в нём написать, поэтому просто сделала тебе подарок.
      – Ясно… Можно открыть?
      – Это же твоя коробка. Мне тоже любопытно, так что давай, открывай уже быстрее. Я не думаю, что она взорвётся.
      – Хорошо. Интересно, что внутри?
      – Если это то, о чём я думаю… тебе придётся его потом нарезать.
      – Может, хватит уже о бананах?
      Ларри отстегнул застёжку и медленно поднял крышку. Он по-прежнему не мог сказать, что находится внутри, потому что содержимое было покрыто сверху бежевой тканью. Ларри убрал ткань.
      – Ах…
      Он застыл на месте, его голубые глаза сузились и замерли на содержимом коробки.
      – …
      Дженни молча на него смотрела.
      Наконец Ларри ожил и медленно, очень медленно, вынул содержимое наружу.
      – Дженни, ты только посмотри.
      – Хо-о… – протянула девочка, увидев, что у него в руке.
      Это были наручные часы.
      В коробке находились обёрнутые вокруг маленькой подушечки довольно крупные, крепкие наручные часы с широким матерчатым ремешком. У них был чёрный корпус и разграниченный поминутно вращающийся безель. На чёрном циферблате располагались слова «Уитфилд-Фаркас». И кроме того, концы хорошо читающихся стрелок были помечены люминесцентной краской.
      – Используемые в армии часы «Уитфилд»… – пробормотал Ларри, убирая подушечку.
      Он взял часы за конец ремешка и поднял их чуть выше уровня глаз.
      Дата и время были установлены совершенно точно. Секундная стрелка плавно тикала по кругу циферблата.
      – Стелла… – прошептал Ларри, смотря на часы с улыбкой.
      – Эй, – произнесла Дженни, глядя то на часы, то в глаза Ларри. – Посмотри на обратную сторону.
      – На обратную?
      Ларри перевернул часы.
      Как и на других моделях, на задней крышке были выгравировано слово «Армия», серийный номер и код военного стандарта. Но над основными надписями находились слова, которых не должно было быть на часах. Слова были выгравированы вручную.
      [Рыцарю Хепбёрну]
      – …
      Ларри молча обернул часы вокруг своего левого запястья. Он затянул ремешок потуже и слегка потряс рукой, чтобы прочувствовать их вес.
      – Мы с ней не так много разговаривали… но она была хорошей девчонкой... Я… я думаю, она могла мне немного понравиться…
      Ларри прервался. Его глаза сузились от улыбки, когда он с любовью разглядывал свои новые часы.
      – Я не могу сказать за тебя, но существует общее правило, что первая любовь никогда не выстреливает, – тихо произнесла Дженни.
      – Может, ты и права... На этом моя работа завершена.
      – Ты доволен?
      – Ага, – Ларри перевёл взгляд с циферблата на Дженни. Казалось, что он вот-вот заплачет. – Ты знаешь, что полагается сделать рыцарю в конце истории? После того, как он всех защитит, он уезжает на лошади в закат.
      – Ну, да.
      Дженни поднялась на ноги и ещё раз подошла к рабочему столу. Она взяла в руки свой дальномерный фотоаппарат и достала из ящика стола катушку цветной фотоплёнки.
      Девочка открыла камеру, заправила в неё плёнку, и, возвращаясь на диван, прокрутила один кадр.
      Затем, ни слова не говоря, она направила объектив на Ларри.
      – Что ты делаешь? – поинтересовался Ларри.
      – История завершена, и поэтому я тебя фотографирую, – ответила Дженни. – Рыцарь Хепбёрн, улыбнись от всей души.
      – …
      Ларри застенчиво улыбнулся. Дженни через видоискатель навела фокусировку и медленно нажала указательным пальцем на спуск затвора.
      В комнате с двумя людьми... щёлк… раздался тихий щелчок фотоаппарата.

msv5c73

К главе 6                                                                                                                             К послесловию