Восемнадцатый день второго месяца.
      Со времени так называемой случайности в клубной комнате прошло два дня. Наступили выходные.
      Весь день небо было ясным. В первом часу дня солнце ярко освещало мир.
      Штрауски Мэгмика заглянула в больницу.
      Окружная больница была крупнейшей больницей Столичного Округа, в ней работали знаменитые доктора, известные за своё мастерство. На её территории возвышались многочисленные лечебные корпуса.
      Мэг пришла в своей школьной форме. И хотя она была одета словно на урок, в руках она держала не школьную сумку, а букет цветов. Она медленно брела с глазами полными слёз, её хвостики колебались на каждом шагу.
      Девочка вошла через главный вход и направилась к регистратуре. Там она заполнила бланк посетителя и получила пропуск с номером палаты.
      Вскоре она очутилась перед больничной палатой, на двери которой красовалась надпись «Максвелл».
      Целых четыре минуты она просто стояла перед дверью.
     
      Дверь внезапно открылась.
      – Ох.
      Предыдущий посетитель удивился, увидев Мэг.
      Это был Ларри. Одетый в джинсы и кофту, он подмышкой зажимал кожаный плащ.
      Мальчик медленно закрыл дверь и прошёл в коридор.
      – Привет, Мэгмика, – прошептал он.
      – Добрый день, Ларри. Эм-м…
      Мэг замялась. Ларри поглядел ей прямо в глаза:
      – Да, можно входить, – произнёс он.
      – Ты уверен? Ты точно знаешь? – удивилась Мэг.
      – Ага, знаю, – уверенно произнёс Ларри. – Ну, в общем, у меня ещё есть дела, так что я пошёл. Серон отключился из-за болеутоляющих препаратов, но ты на всякий случай можешь посидеть с ним. Пригляди за ним, пока он не проснётся, хорошо? Бывай!
      – Ха? Эм, я…
      Прежде, чем Мэг смогла нормально ответить, Ларри помахал ей рукой и пошёл по коридору.
      Пройдя двадцать шагов, он обернулся.
      – Можно тебя попросить…
      Мэг уже там не оказалось.
     
      Спустившись в вестибюль, он увидел сидящего на скамье знакомого человека.
      – Привет!
      – Привет, Ларри, – угрюмо ответила Дженни. Ларри сел рядом справа от неё.
      На Дженни были надеты брюки и зимняя куртка. Она, как и Ларри, пришла в повседневной одежде.
      – Ты тоже здесь? Если хочешь увидеть Серона, то придётся подождать.
      – Я знаю. С чего бы ещё я тут рассиживалась в вестибюле, – ответила Дженни.
      Ларри на мгновенье задумался, потом вытянул большой палец вверх в знак одобрения:
      – Я понял! Ты тоже повстречала Мэгмику. Так что ты поняла намёк и решила подождать здесь. Молодец, президент.
      – Мэгмика вошла в его палату? – Дженни посмотрела на Ларри.
      – Да. Хотя больше похоже на то, что это я её принудил, попросив, чтобы она приглядела за Сероном.
      – Пф-ф. Неплохо. Во всяком случае, для тебя, – немногословно сказала Дженни.
      – Больше не о чем волноваться.
      – Что ты имеешь в виду?
      – С ними всё будет хорошо. Тебе больше не нужно переживать насчёт них.
      На этот раз задуматься настал черёд Дженни.
      Она посмотрела на обращённое к ней в профиль лицо Ларри, на его ясные голубые глаза и ответ тут же пришёл ей в голову:
      – А-а, это то, что ты тогда говорил про глаза, – понимающе кивнула головой Дженни, припоминая, как Ларри в один миг раскусил Стеллу. (прим. пер.: история пятого тома)
      – Да, типа того.
      Ларри чуть приподнял левую руку. На запястье красовались часы «от звезды». Он проверил время…
      – Хм?
      Ларри заметил взгляд Дженни и повернулся к ней.
      Она смотрела на него пристальным взглядом. Не весёлым, но и не скучающим.
      – Что такое? – поинтересовался Ларри, вскидывая брови.
      – Ничего. Похоже я всё ещё права.
      – Ты о чём?
      – Ты слишком глупый, чтобы это понять
      – Что понять?
      – Хотя, будь ты умным, то тоже бы ничего не понял.
      – Ха?
      – Ни один человек в мире в действительности не знает, что чувствуют остальные люди.
      – Естественно. Даже такой болван как я прекрасно об этом знает.
      – Ха-ха-ха! Это точно.
      – Ого! Как необычно.
      – Что именно?
      – У тебя такая яркая улыбка. Ты выглядишь как на той снятой три года назад фотографии.
      Дженни на миг пришла в замешательство, но вскоре снова улыбнулась. В этот раз её улыбка была как у охотника, заметившего новую добычу.
      – Скажи, Ларри.
      – Да?
      – Ты думаешь, Серон с Мэгмикой вместе пойдут на бал?
      – М? Ах, точно. Осталось чуть больше месяца, так что Серон успеет вовремя выписаться из больницы.
      – Тебе не любопытно?
      – Что именно?
      – Ты не хочешь увидеть, как они поведут себя на глазах у половины школы?
      – Конечно, хочу!
      – Правда? А не хотел бы ты запечатлеть сей момент на фотографии?
      – Хочу!
      – Превосходно. Тогда, как президент клуба, я выдаю тебе особое разрешение!
      – Разрешение на что?
      – Мне, правда, надо всё по буквам разжевать? Какой же ты недоходчивый.
      – Да, я это знаю. Поэтому, пожалуйста, разложи мне всё по полкам.
      – Я хочу сказать, что…
      – Слушаю?
      – …Ларри, ты умеешь танцевать?

* * *

      Серон спал.
      Он лежал на роскошной кровати в роскошной индивидуальной палате, омытый проникающим сквозь занавески мягким солнечным светом.
      Мэг сидела на стуле рядом с кроватью и смотрела на его лицо. Как только она поставила принесённые цветы в вазу, ей сразу же стало нечем заняться.
      В этот раз она не провалилась в сон. Она, не отрывая взгляда, смотрела на спящее лицо Серона.
      Минутная стрелка на часах уже совершила полный оборот, когда голос нарушил тишину:
      – Господин Максвелл?
      Медсестра тихо вошла в палату. Она коротко кивнула Мэг, когда та обернулась.
      – Как он? Не слишком расстроен? – спросила медсестра.
      – Да, он чувствует себя хорошо, наверное, – ответила Мэг.
      – Тогда, я вернусь через час, – произнесла медсестра, удаляясь.
      Мэг проследила за тем, чтобы дверь закрылась, и затем повернулась обратно к Серону.
      – Ой!
      Их взгляды встретились.
     
      – Эм-м… я… ну-у…
      Мэг сразу же растерялась.
      – Какой странный сон, – Серон тем временем был спокоен. – Ларри обратился в Мэгмику.
      – Э-это не сон!
      – Ох! – вздрогнул Серон, и тут же съёжился, когда его рана заныла.
      – Ой, я сильно извиняюсь… Прости, что я так громко разговаривала. Я буду говорить нормальным голосом…
      Мэг коротко объяснила, как они с Ларри поменялись местами, и что она пришла его навестить.
      – Ясно… Спасибо за цветы, – сказал Серон, наконец, успокоившись.
      Мэг, тем временем, была далека от спокойствия. Она гневно перевела дыхание. Стиснув и обнажив зубы, она посмотрела на него сердитым взглядом.
      – Что это ты такое сделал?! – потребовала она объяснений так громко, насколько это было разрешено в больницах.
      – Ха? Что?.. – удивлённо заморгал Серон.
      – Зачем ты делаешь что-то настолько опасное?! Почему?! Ты напрыгнул на человека, несущего с собой оружие!
      – …А-а. Точно.
      – Серон, ты только сейчас говоришь «а, точно»? Ты же мог почти умереть! Это было опасно!
      – На самом деле нет. Всё не так серьёзно. Лечение займёт всего две недели…
      – Проблема не в этом.
      У Мэг из глаз побежали слёзы.
      – Эм… госпожа Штрауски Мэгмика, послушайте меня, пожалуйста, – сказал Серон в ответ. – Мне нужно вам кое-что сказать, – тихо произнёс он в почтительно-вежливом стиле.
      Мэг вытерла слёзы и коротко бросила:
      – Говори, пожалуйста!
      – Спасибо. Видишь ли в чём дело, я очень рад, что всё обернулось таким образом. Очень рад.
      – Почему?
      – Потому что я предотвратил насилие, которое могло обернуться намного хуже. Кое-кто мог умереть.
      – Но ведь!..
      – Мэгмика, если бы тебя ударили ножницами… и ты умерла… то этим бы не закончилось. Я не смог бы себя простить… и, наверное, покончил бы с собой, чтобы последовать за тобой.
      – Ч-что?! Убить себя, чтобы пойти за мной? Серон, это слишком страшно, не говори так!
      – Я предпочту последовать в глубины ада за той, кого люблю. (прим. пер.: да-да, в оригинале так и говорится «地獄» – дзигоку – ад, преисподняя. Забавно, это получается, что он рая ей не пророчит ☺)
      – Что ты говоришь…
      Мэг замолчала. У неё в голове пронеслись воспоминания о прошлом лете. Красивые леса и цветы деревни Эрко. И её собственные слова, сказанные на балконе, с которого открывался великолепный вид.
      Следующие слова, которые она услышала, были произнесены на безельском языке. Слова прозвучали медленно, неуклюже и с жутким акцентом…
      – Я тебя люблю. Больше, чем кого-либо другого на свете, – это было ясное и решительное признание. – Поэтому…
      Мэг ответила яростным потоком безельского языка. Единственное, что Серон смог правильно разобрать, было первое слово.
      – Я ХХХХХ ХХХХХ ХХХХХ! ХХХХХХХХХХ, ХХХХХХХХХХХХХХХ! Я ХХХХХ, поэтому ХХХХХ!
      Серон под обстрелом на мгновенье замер, но всё же сумел ответить:
      – Пожалуйста, говори помедленней. Я тебя не понимаю.
      Мэг улыбнулась и очень нежным голосом повторила:
      – Я тоже тебя люблю.
      – Эти слова я понимаю. Прошу тебя, давай встречаться, – ответил ей Серон.
      Мэг утвердительно кивнула головой.
      Мэг сидела на стуле, а Серон лежал на кровати.
      Глядя друг другу в глаза, они продолжали разговор.
      – Серон, сейчас я снова буду говорить на рокшенуксском.
      – Хорошо, спасибо.

      – Пожалуйста! Теперь, даже если после окончания школы моя семья вернётся в СоБеИль, мне придётся жить в Рокше!
      – М?
      – Потому что я стану жительницей Рокше!
      – Ха?
      – Но я не могу простить ни на чуть-чуть за то, что ты поцеловал ту девочку. Я не хочу видеть, как человек, которого я люблю, целуется с кем-то ещё. Но я не позволю этому случиться снова! Это моя цель, как нового жителя Рокше.
      – Чего?..
      – Нет, этого не случится! Потому что мои глаза широко открыты!
      – А, ну да… правильно, – кивнул Серон, всё ещё в недоумении. А затем…
      – Серон! – Серон!
      Распахнулась дверь и две женщины ворвались в палату.
      – Ой! – удивлённая Мэг подскочила на ноги и предложила им стул.
      Одной из двух посетительниц оказалась женщина возрастом слегка за сорок лет в безупречном красном деловом костюме.
      – О, дорогой, а ты не такой бледный, как я ожидала! Да ты практически пылаешь красным!
      Она опустилась на колени рядом с кроватью Серона и принялась осыпать поцелуями его щёки, лоб, а иногда и губы.
      – Ха?
      В то время как Мэг смущённо наблюдала за происходящим, вторая посетительница – одетая в светло-красный кардиган и голубую юбку девочка с короткими тёмными волосами – прильнула к другой стороне кровати.
      – Серон, что случилось? Мы так о тебе беспокоились!
      Она маленькой ручкой взъерошила ему волосы и нежно поцеловала его в лоб.
      – Чего?
      Продолжая возиться с Сероном, они полностью игнорировали Мэг.
      – Врач сказал, что рана не слишком глубокая. Дорогой, ты можешь есть?
      – Мы привезли торт!
      – Ты не знаешь, нам разрешат остаться с тобой на ночь?
      – И сок!
      Мэг застыла в ступоре, глядя на то, как встревоженные гости хлопочут возле Серона.
     
      – Ой, я сильно извиняюсь! Я знала, что тут кто-то есть, но почему-то считала, что это медсестра! Прошу прощения!
      Мать Серона – Карен Максвелл – наконец поздоровалась с Мэг и назвала своё имя.
      – А это сестра Серона – Лиина. Ей двенадцать лет.
      – Привет, – изобразив реверанс, произнесла Лиина.
      – Рада с вами познакомиться. Меня зовут Штрауски Мэгмика. Я учусь в школе Серона и вместе с ним состою в одном клубе, – глубоко поклонившись, сказала Мэг.
      – Ой, какая ты вежливая. Можно поинтересоваться, ты же из-за реки? – спросила Карен.
      – Да! – ответила Мэг. Затем… – Мы с Сероном только что связали наше будущее вместе. Мне всё ещё не хватает опыта, поэтому прошу вас обо мне позаботиться!
     
      Одновременно произошло сразу несколько событий.
      Во-первых, глаза Серона от удивления стали размером с обеденную тарелку.
      – Ха-а?
      Он попытался выпрямиться на постели, но рана в его животе болью пресекла эту попытку.
      – Ой.
     
      – Подумать только! Как это мило! – воскликнула Карен настолько громко, что почти потревожила соседние палаты. Она заключила руки Мэг в свои собственные. – Значит, однажды ты собираешься стать женой Серона! Я так рада с тобой познакомиться, Мэгмика! Пожалуйста, пригляди за Сероном!
      – Хорошо, матушка!
      Лиина подбежала с другой стороны кровати:
      – Ух ты, Серон! Поверить не могу, ты женишься на такой милой девочке! Значит, это и есть Мэгмика, – воскликнула Лиина. – Мэгмика, а ты случайно не старше Серона?
      – Да, я старше его на год.
      – Ого! Так и знала! Старшая девочка родом не из Рокше! Наверное я экстрасенс!
      – Ты невероятно милая, Лиина. Словно кукла. Я очень счастлива, потому что у меня нет младших сестёр!
      – Ура! – обнимая Мэг, крикнула Лиина.
      – Да-да! – кивнула Мэг, потрёпывая Лиину по голове.
      – Это прекрасно! По пути сюда я переживала о Сероне, как там моё бедное дитя страдает от боли на больничной кровати, но ты устроила мне приятный сюрприз!
      – Мама, давай сегодня сделаем праздник! Все вместе наедимся столичных хрустяшек! – попросила Лиина.
      – Непременно! Мэгмика, тебе нравятся хрустяшки Столичного Округа?
      – Да! Я их просто обожаю!
      – В таком случае – решено!
      – Ура! Мэгмика, можно тебя называть старшей сестрой?
      – Конечно же, можно!
      Серон смотрел, как посреди палаты женщины возбуждённо общались. Предоставленный в кровати самому себе, несмотря на ноющую рану, он сумел выдавить из себя голос:
      – Эм-м… о какой ещё свадьбе… вы?..
      – Мэгмика, где ты живёшь?
      – Мы с семьёй живём в Западном районе на улице Рутлэнд.
      – Чудесный район, если я правильно помню.
      – Постойте… – Серон хватал воздух ртом. – Послушайте же меня…
      – Мэгмика! У тебя есть брат, всё правильно? И его зовут Курт, так?
      – Ох, откуда ты это знаешь?
      – Хе-хе! На самом деле, я с ним часто разговариваю по телефону!
      – Вот оно что! А я и не знала. Это же замечательно!
      – Н-народ? – слабо позвал Серон.
      – Можно когда-нибудь с ним увидеться?
      – Конечно, можно! Пока ты находишься в Столичном округе, я вас с ним познакомлю.
      – Всё… Я больше уже ничего не понимаю, – сдавшись, вздохнул Серон глядя в потолок. – Всё верно. Я просто сплю. И когда я открою глаза, то увижу Ларри. И он скажет: «Серон, ты во сне улыбался».
      Серон закрыл глаза. Болеутоляющее средство снова потянуло его в сон, но…
      – Серон!
      Он открыл глаза и увидел лицо матери всего на расстоянии ладони от своего.
      – Ой! Да, мама?
      – Что мне подарить в качестве предсвадебного подарка? Что ты хочешь подарить своей будущей жене, чтобы она запомнила этот день?
      – …Сон или нет – меня это больше не волнует…
      – Скажи, дорогой. Должно же быть что-то, что ты хочешь ей подарить.
      – Есть…
      – Что?
      Серон медленно закрыл глаза и ответил:
      – Часы фирмы Уитфилд…

* * *

      [Эм-м… президент Дженни?]
      [Что такое, новичок?]
      [Позволь мне кое-что уточнить. Это же не сон Серона? Не галлюцинации от обезболивающих препаратов?]
      [Нет.]
      […Тогда можешь ещё раз это сказать?]
      [Да, это был не сон.]
      [Значит, они действительно…]
      [Всё так, как я тебе и сказала. Мэгмика нежданно стала невестой Серона. Они собираются пожениться.]
      […]
      [Вот и все новости на сегодняшний день. У Мэгмики и Серона ещё могут возникнуть между собой мелкие недоразумения, но они очень любят друг друга, и они счастливчики по жизни. Поэтому я была практически уверена, что у них всё наладится. Так и случилось. Спасибо, что выслушал, новичок. Ты, должно быть, от меня уже устал.]
      […]
      [Ну как? Грандиозно или нет?]

К главе 9                                                                                                                           К эпилогу